В противостоянии западной судебной системы и международного фармацевтического гиганта Johnson&Johnson открылась новая глава. В конце января 2026 года отставной американский судья Фреда Вулфсон опубликовала рекомендацию, благодаря которой более 67 500 судебных дел могут добраться до первого слушания уже в нынешнем году. Иски связывают применение детской присыпки J&J и тяжелые заболевания у истцов, в том числе онкологию.
Фреда Вулфсон заявила, что оценка заявлений экспертов, выступающих в суде, должна быть проведена по нормам федерального законодательства США, описывающего требования к научным методам. С одной стороны, это означает, что часть исков автоматически будет отклонена — с 2020 года адвокаты и «эксперты» находили в присыпке тяжелые металлы, различные химические соединения и минералы, а также утверждали, что вдыхание детской присыпки может привести к раку яичников. Тут отставной судья встала на сторону J&J, все-таки требуя, чтобы показания экспертов перед рассмотрением процесса проходили хотя бы минимальную экспертизу.
Впрочем, ничего хорошего для компании рекомендация госпожи Вулфсон, все же, не несет. Еще в 2020 году, в самом начале судебного процесса, она встала на сторону истцов и их экспертов, разрешив связать в одном иске вред здоровью истца и применение детской присыпки через якобы найденный в продукте асбест. На этом пункте остановимся особо — через него отлично видно, что апелляция к стандартам научных исследований США, фактически, не меняет сложившуюся ситуацию в западной юриспруденции.
Асбест — это коммерческое название группы волокнистых минералов. В него входит несколько родственных минералов, существенно различающихся по характеру воздействия на организм человека. Амфиболовый асбест обладает устойчивостью к кислоте. Его микроскопические волокна, попадая в легкие человека, остаются там на долгие годы, провоцируя тяжелые заболевания. Сегодня он запрещен в большинстве стран мира.
Кроме амфиболов, существует хризотиловый асбест. Он не обладает устойчивостью к кислоте, и потому выводится из организма человека за короткий срок. Альвеолярные макрофаги, клетки-уборщики легких, растворяют волокно. Хризотиловый асбест сегодня используется во многих странах мира, но, все же, запрещен в Европейском союзе, а в США его использование существенно ограничено. Произошло это по экономическим причинам — в Европе нет крупных месторождений хризотила, а приобретение его у крупнейших производителей (Канады, Бразилии, России и Казахстана) ставило под угрозу интересы производителей синтетических аналогов из ЕС. Отметим, что международные организации, даже враждебно настроенные ко всем видам асбеста, все же допускают его использование, к примеру, как компонента для водопроводных труб — желудочно-кишечному тракту волокно, по их мнению, вреда не наносит (Асбест в питьевой воде. Всемирная организация здравоохранения, 2020).
Возвращаясь к делу Johnson&Johnson можно вспомнить, что «нулевое дело» в 2020 году началось из-за обнаружения нескольких волокон (их размер составляет несколько микрометров) в упаковках с тальком, приобретенных у онлайн-ритейлера. Можно предположить, что судья Вулфсон встала на сторону истцов потому, что в США есть много работ о вреде асбеста. Раз они есть, значит теоретическая возможность их научной достоверности есть, а то, что это не подтверждается современными исследованиями — уже не юриста дело.
Истерия вокруг асбеста стала удобным поводом для нападок на транснациональную корпорацию, а кейс судьи Вулфсон является весьма показательным. Юрист отметает откровенно абсурдные, с её точки зрения, иски одной рукой, но другой создает легальную базу для реализации «асбестовой истерии». Вместо истины в суде фигурирует «индекс цитирования» научных работ, который далеко не всегда является мерилом адекватности исследования.
